+ Слово должно быть в результатах поиска. - Исключение слова из результатов поиска. * Слово начинается/заканчивается на текст перед/после символа. ""Поиск слов в составе фразы.

 

Единый орган расследования экономических преступлений (часть вторая: ОРД)

16 мая, 2018 Блог

Alexander Shemiatkin_

Александр Шемяткин

Партнер КМ Партнеры

Уголовно-процессуальный кодекс 1960 года, еще тот, который в Украинской ССР принимали, предусматривал, что не всякая информация о преступлении должна превратиться в уголовное дело. Для решения вопроса, быть уголовному делу или нет, давался десятидневный срок для проверки информации. Такая проверка осуществлялась путем отбора пояснений или истребования документов.

В 2001 году Уголовно-процессуальный кодекс дополняют положением, согласно которому для проверки информации о преступлении может проводиться оперативно-розыскная деятельность (далее – ОРД). Может быть, именно с принятием этих изменений процесс загнивания правоохранительной системы прошел точку невозврата? – мысли вслух. Почему?

Проводя ОРД, правоохранительные органы имеют официальную возможность контакта с вероятным правонарушителем, что создает прекрасные коррупционные возможности. Во-первых, такой контакт с правонарушителем в рамках ОРД не вызовет вопросов к сотрудникам органов дознания. При отсутствии ОРД вполне резонно выглядит вопрос, почему, собственно, произошло общение? Что же действительно обсуждается с глазу на глаз между сотрудником и правонарушителем, никому не известно. Во-вторых, если информация о возможном преступлении не превратится в уголовное дело, то такая информация останется в ведении очень ограниченного круга лиц.

Но есть и другая сторона медали. В рамках ОРД-проверки могли «наехать» и на законопослушных граждан. Поскольку уголовного дела еще нет, то следов общения не остается. А граждане, в силу различных обстоятельств, например, лишь бы отстали, открыты к «диалогу». Если же исходить из того, что более половины бизнеса в тени, то у многих бизнесменов есть свои скелеты в шкафу. Сотрудники органов дознания, приходя с «откровенным» разговором в рамках ОРД, скорее всего, не знают об этих скелетах. Однако эти скелеты делают бизнес сговорчивым, даже когда в конкретной ситуации бизнесмен к делу отношения не имеет. Думаю, не стоит напоминать, что даже без нахождения в тени, налогово-финансовое законодательство выписано так, что нарушение, даже формальное, можно найти всегда.

Действующий Уголовный процессуальный кодекс (принятый в 2012 году) изменил алгоритм действий при получении информации о преступлении. Теперь такая информация сразу вносится в Единый реестр досудебных расследований (далее – ЕРДР). Далее осуществляется проверка такой информации, то есть следы от информации остаются. Если проверка в рамках уголовного дела подтверждает признаки преступления – дело расследуется, если нет – закрывается. Новая процедура помогла решить старые проблемы с невозбуждением уголовных дел, когда для этого были все основания. Об этом свидетельствует статистика количества уголовных дел: в 2013 году по новой процедуре было зарегистрировано на 62 % больше уголовных дел чем в 2012 по старой процедуре. Но появилась новая проблема. После попадания в ЕРДР уголовные дела продолжают там существовать годами, даже тогда, когда для этого нет никаких оснований. Но это отдельная тема, с вопросами, в первую очередь, к прокуратуре.

Поскольку на сегодняшний момент любая информация о возможном преступлении сразу должна попадать в ЕРДР, то все дальнейшие действия в связи с преступлением должны совершаться в рамках Уголовного процессуального кодекса (включая негласные следственные действия). В связи с этим возникает вопрос: а зачем остался такой вид деятельности органов дознания как ОРД?

Обратимся к закону об ОРД. Основанием для проведения ОРД является:

  1. наличие достаточной информации о: готовящемся преступлении или лицах, которые его готовят; лицах, скрывающихся от следствия (предполагается уже наличие уголовного дела); без вести пропавших (предполагается уже наличие уголовного дела); разведывательно-подрывной деятельности против Украины (эксклюзивный случай как для повседневной деятельности правоохранительных органов); реальной угрозе жизни работников правоохранительных и судебных органов;
  2. проверка лиц, допущенных к гостайне (к криминалу не имеет отношения);
  3. получение разведывательной информации (эксклюзивный случай как для повседневной деятельности правоохранительных органов);
  4. наличие обобщенной информации госслужбы финансового мониторинга (учитывая новый порядок внесения информации в ЕРДР, должна быть запись в ЕРДР и начало следственных действий, а не ОРД, подробнее об этом дальше).

По сути излагаемого материала интерес представляют основания, перечисленные в первом пункте. Таким образом, ОРД может проводиться, когда есть точная информация о готовящемся преступлении или реальной угрозе жизни работников правоохранительных и судебных органов. Другими словами, это те случаи, когда требуется мгновенное реагирование, и в этот момент не до внесения информации в ЕРДР.

Теперь главный вопрос. Каким образом ОРД, в таком случае, имеет отношение к экономическим преступлениям? Даже гипотетически, можно ли представить ситуацию, когда поступает информация, что кто-то собирается зарегистрировать налоговую накладную по фиктивной операции и, чтобы предотвратить такую регистрацию, начинается ОРД? Или кто-то собирается приобрести компанию для осуществления фиктивной деятельности и, чтобы предотвратить такую покупку, начинается ОРД? Думаю, нет.

Так зачем тогда в законопроекте о Национальном бюро финансовой безопасности (далее – НБФБ) столько внимания уделяется ОРД? Невольно напрашивается ответ – неужели для создания «тепличных» условий для коррупции старых сотрудников налоговой милиции в новом органе? Если нет, то любые упоминания об ОРД должны быть удалены из законопроекта о НБФБ.

Сам же закон об ОРД, следует пересмотреть, а большинство из перечисленных выше случаев должны быть основанием для негласных следственных действий в рамках уголовного дела с соблюдением норм Уголовного процессуального кодекса. Отдельный вопрос вызывают права подразделений, осуществляющих ОРД. Зачем для предотвращения готовящегося преступления осуществлять проверки финансово-хозяйственной деятельности предприятий или знакомиться с документами, характеризующими деятельность предприятия? Если речь идет о проверке информации о совершённом правонарушении, то это должно происходить после внесения информации в ЕРДР.

В качестве примера «тепличных» условий в связи с правом на ОРД. Госфинмониторинг в результате своей аналитической работы формирует материалы, содержащие информацию о финансовых нарушениях. Существует порядок предоставления таких материалов правоохранительным органам и требования к таким материалам. Так вот, исходя из объема информации в материалах, таких материалов достаточно для внесения информации в ЕРДР. Однако порядок предусматривает, что полученные материалы правоохранительные органы реализовывают (слово то какое применили, в оригинале «реалізовують») в пределах своей компетенции, используя оперативно-розыскные меры в порядке, определенном законом об ОРД. Почему? Наверное, как в старом анекдоте, «чтобы на себя не выйти». Разве в таком случае ОРД не является «серой» зоной, позволяющей вести доверительные беседы с возможными правонарушителями или теми, кто оказался рядом? Разве это не является тепличными условиями для коррупции? Интересно было бы увидеть статистику за последние годы, сколько переданных материалов по итогу попадают в ЕРДР.

В аспекте реформы правоохранительных органов, расследующих экономические преступления, Госфинмониторинг интересен еще и тем, что вполне мог бы заняться аналитической работой в сфере финансовых преступлений. По сути, нет смысла в создании аналитического департамента, что предусматривает законопроект о НБФБ, в условиях существования Госфинмониторинга. Зачем в очередной раз дублировать государственные органы на плечах налогоплательщиков? В общем, бедная страна… – госорганы плодятся быстрее, чем украинцы. В следующей части рассмотрим вопрос: аналитика и следствие в законопроекте о НБФБ.

Просмотры 1601

Прокомментировать